Работа следователя – это не то, что нам показывают в фильмах и сериалах. Здесь нет погонь, драк, засад и перестрелок…
Это кропотливый труд: изучение уголовных дел и большого количества нормативных документов, долгие допросы, умение замечать мельчайшие детали, находить несостыковки в показаниях, анализировать информацию, делать выводы…
В первом отделе по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Магаданской области случайных людей нет. Каждый человек, который туда приходит, имеет огромный опыт расследования преступлений разных категорий. Руководит отделом Дмитрий Солдатов. Сам он работает в следственных органах с 2002 года и, несмотря на все сложности, очень любит свою работу.
В преддверии праздника – Дня образования Следственного комитета Российской Федерации – мы встретились с Дмитрием Валентиновичем. В интервью «ВМ» он рассказал о том, какие дела относятся к особо важным, своем первом выезде на преступление, как сохранить психику и веру в людей, постоянно сталкиваясь с человеческой жестокостью, отношении к смертной казни, а также к чему нужно быть готовым тому, кто решит стать следователем.
Вопрос – ответ
– Как давно Вы работает в этой сфере и почему из множества направлений, доступных для юриста, выбрали именно работу в следственных органах?
– В 1996 году я поступил в Магаданский филиал Московской государственной юридической академии. После ее окончания в 2002-м, практически сразу получил предложение продолжить службу в должности следователя прокуратуры города Магадана, на которое согласился, мне больше всего нравилось именно это направление работы прокуратуры. И, соответственно, с 17 июля 2002 года я работал следователем прокуратуры, затем старшим следователем, потом следователем по особо важным делам.
В 2004 году назначен следователем по особо важным делам прокуратуры Магаданской области, а в дальнейшем – старшим помощником прокурора области по надзору за соблюдением природоохранного законодательства и законов о несовершеннолетних.
В 2007 году в Российской Федерации создан Следственный комитет при прокуратуре Российской Федерации, и мне было предложено стать руководителем Магаданского межрайонного следственного отдела на транспорте Дальневосточного следственного управления на транспорте в системе Следственного комитета, с сентября 2008 года возглавить отделение по расследованию особо важных дел следственного управления по Магаданской области.
А уже с созданием отдельного следственного органа – Следственного комитета не под эгидой прокуратуры (с 2011 года) я являюсь руководителем отдела по особо важным делам следственного управления.
– Какие дела относятся к категории особо важных?
– Это условное наименование. Оно пошло от наименования должностей следователей либо следственных подразделений: следователи по особо важным делам отделов по расследованию особо важных дел.
Когда следователь растет в профессиональном плане, получает опыт, начинает расследовать сложные в доказывании, многоэпизодные уголовные дела, он назначается на должность следователя по особо важным делам. Градации как таковой ни уголовно-процессуальный кодекс, ни какие-либо нормативные и ведомственные документы не содержат.
Особо важным делом может быть и «обычное» не квалифицированное убийство, и изнасилование, и взятка, и мошенничество, но это могут быть и уголовные дела, связанные с распространением наркотиков, организацией преступных сообществ и т. д.
Каждое дело важно, нет не важных дел, за каждым стоит судьба человека (как по ту, так и по иную сторону уголовного процесса), если это уголовные дела против личности, собственности или же должностные преступления, экономические, коррупционные дела. И обязанность следователя их расследовать качественно и оперативно.
– Сколько человек у Вас в отделе? В чем заключается Ваша работа как руководителя и расследуете ли Вы лично уголовные дела?
– Отдел комплектуется кадрами по мере роста специалистов-следователей, которые проходят ступени следователей районного звена и городского. На базе следственного управления существует два отдела по расследованию особо важных дел. И в первом, и во втором отделе по штату пять человек: руководитель, заместитель и три следователя по особо важным делам.
Руководитель должен досконально знать все уголовные дела, находящиеся в производстве отдела, начиная со стадии поступления материалов проверки, дать анализ этим материалам, выработать вектор, в каком направлении двигаться при проведении процессуальной проверки и расследовании уголовного дела, контролировать работу следователей, согласовывать и корректировать практически все документы, начиная со стадии возбуждения уголовного дела, все перепроверять… Потому что погрешность в любом из процессуальных документов может привести к очень плачевным результатам.
Поэтому перепроверяется каждый важный документ: постановления о возбуждении уголовного дела либо отказе в возбуждении дела, о назначении судебных экспертиз, протоколы задержаний, протоколы допросов подозреваемых, обвиняемых, ключевых свидетелей, заключения экспертиз и тем более итоговые документы расследования уголовного отдела – постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительное заключение.
Ряд документов проходит неоднократные правки, несмотря на стаж работы каждого сотрудника отдела. Процессуальные документы уголовного дела в любом случае требуют проверки с «другой стороны», другими глазами. Это и есть обязательный процессуальный контроль в расследовании уголовного дела со стороны руководителя следственного органа.
Если это необходимо, я тоже участвую в расследовании уголовных дел в составе следственной группы, провожу следственные действия. Достаточно часто сотрудники отдела выезжают в служебные командировки либо уходят в отпуска. И уголовное дело «не может лежать», по нему должны проводиться следственные действия, оно должно расследоваться.
– Самые значимые для Вас дела, которые Вы хотели бы выделить?
– Любое дело значимое. Понимаете, за любым делом (преступлением против личности) стоит жертва, дай бог, живая, ну а по фактам смерти все равно привлекаются в качестве потерпевшей стороны родственники погибшего. Поэтому не могу ничего выделить. Все расследуемые дела для меня значимые как в этом году, так и во всех предыдущих.
Группа туристов, прилетевших из Москвы, и погибшая под лавиной в Ягоднинском районе весной 2025 года. Значимое дело? Конечно, значимое. Житель Магаданской области, который многотонные обороты водных биоресурсов и спиртосодержащей жидкости без каких-либо документов реализовывал как магаданцам, так и приезжим, в том числе туристам, и объемы продаж просто сумасшедшие. Значимое дело? Значимое. Школа в поселке Палатка после ремонта принята с незачетами – значимое. Смерть женщины в результате возможной ошибки врачебного персонала – тоже значимое.
Я не назову незначимого уголовного дела. Преступление является общественно опасным деянием, запрещенным Уголовным Кодексом под угрозой наказания. И любое преступление, любое возбужденное уголовное дело по этому преступлению, является значимым. Конечно, всех интересуют какие-то громкие дела, но это не делает их более значимыми. Может быть дело и «негромкое», но оно требует длительной и скрупулезной работы. И для следователя оно, безусловно, значимое.
– Есть какое-то давнее дело из нераскрытых, которое до сих пор не дает Вам покоя?
– Когда в сентябре 2007 года создавалось следственное управление, из прокуратуры Магаданской области нам были переданы порядка 60 уголовных дел приостановленным производством в виду неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Это так называемые нераскрытые дела – «глухари». Сейчас за отделом числятся из тех уголовных дел 14 нераскрытых убийств.
Из того, что не дает покоя, могу выделить тройное убийство на автовокзале города в 1976 году: две женщины около 50 лет были обнаружены с большим количеством ножевых ранений, а на следующий день – третья, того же возраста, в котловане строящегося рядом здания гостиницы «Магадан». Уголовные дела по ним были соединены в одно производство. Материалы этого дела и дела оперативного учета огромные: фотографии, фототаблицы, экспертизы, сотни допрошенных жителей города… Все тщательно изучалось, проверялось, примерялось, проводилась эксгумации для повторного досконального осмотра.
Я работал с сотрудником правоохранительного органа, который участвовал в работе по линии оперативных подразделений при раскрытии данного группового убийства. Он рассказывал, что на раскрытие этого дела были брошены значительные силы местной милиции, также в область прибыло в служебные командировки порядка 40 оперативных сотрудников: хабаровские, новосибирские, омские опера … Отработан был практически весь город. В уголовном деле порядка сотни допросов, а оперативным путем отрабатывались тысячи жителей на предмет причастности к этому преступлению. Дело продлевалось в Генеральной прокуратуре.
По всем таким делам документы хранятся, хранятся смывы, дактоследы, образцы, вещи и иные «улики»… Техника же шагает вперед. Дактилоскопия когда-то не признавалась никем, экспертиза ДНК – тоже. Поэтому при изучении одних и тех же объектов тогда и сейчас, может быть совершенно разный результат.
Могу сказать, что по этому уголовному делу спустя десятилетия по федеральной базе «пробился палец руки», обнаруженный на одной из кафельных плиток в туалетной комнате автовокзала. Именно там были обнаружены погибшие женщины. И с полученными новыми данными идет следственная работа…
Почему это преступление не было раскрыто, несмотря на его жестокость и такой ресурс, который был брошен на раскрытие? Версии различные, и они выдвигаются и по сей день. Как одна из них, возможно, это был просто приезжий, случайный человек, который не попал в поле зрения правоохранительных органов и следствия, потому что улетел на следующий день.
Еще, например, 2002 год, убийство мужчины рядом с обменным пунктом. Сзади к нему подошел человек и выстрелил в него из пистолета, после чего выхватил барсетку и убежал, охранники не догнали. Еще один мужчина был убит ночью возле магазина «Центральный», возвращавшийся из ресторана «Астра»…
Есть уголовные дела и о пропавших без вести. В 1980-м женщина вышла из дома, поехала на Главпочтамт позвонить и пропала. 1989 год – пропавший без вести житель Магадана после конфликта в ресторане «Северный», еще один мужчина пропал без вести после окончания промсезона, выехал из поселка Усть-Омчуг и исчез. К сожалению, также есть и пропавшие дети…
И по каждому из таких дел ведется работа. Ситуации разные бывают, может, человек по какой-то причине решил порвать со своими родственниками и уехал куда-то, а сам жив-здоров. Отбираются образцы ДНК, ставятся на учет и проверяются в круглосуточном режиме, постоянно запрашиваются базы данных и др.
Всегда были и будут нераскрытые дела. Но работа по ним ведется.
– А как Вы относитесь к смертной казни?
– В Российской Федерации Указом Президента введен мораторий на применение смертной казни, несмотря на такой вид наказания в Уголовном кодексе РФ.
Конкретно я против смертной казни. Ни один человек не должен предрешать вопросы жить или не жить другому. Знаете, венец юридической работы – судья, который назначает виды и размеры наказания за совершенные преступления, в том числе и смертную казнь. Это очень тяжело, мне кажется. Тем более, что всегда есть риск, что может пострадать невиновный человек.
Кроме того, людям кажется, что при пожизненном заключении преступники содержатся в комфортных условиях. Это совсем не так: человек находится в камере 2 м на 1 м, он не имеет права сидеть в течение дня, одна получасовая прогулка в день и так далее, условия достаточно жесткие, и как раз, на мой взгляд, это более способствует одному из принципов уголовного судопроизводства.
В любом случае, я считаю, что никогда нельзя опускаться до жестокости, к принципу «око за око». Это путь в никуда. Поэтому я и против смертной казни.
– Помните свой первый выезд на преступление?
– Да, конечно, все выезды помню, как и фамилии обвиняемых и потерпевших. Это было убийство молодого парня – охранника на автостоянке в городе Магадане. В девять утра мы выехали и целый день там провели. Все отработали на месте, свидетелей допросили, назначили экспертизы… В итоге к вечеру эксперт Алешин И. А. позвонил и сообщил, что «пальцы стрельнули» на зажигалке, которую злодей закинул на крышу сторожки автостоянки. К 12 ночи позвонили, сказали, что нашли человека по пальцу. Он и сообщил ночью в ходе допроса, что ударил потерпевшего огнетушителем по голове. Вот так дело на раскрытие пошло в дежурные сутки…
– Как сохранить психику и веру в людей, постоянно сталкиваясь с человеческой жестокостью?
– Психику можно испортить и нарушить на любой работе. Я считаю, что это не зависит от того, чем ты занимаешься. Просто человек, который идет работать следователем, должен понимать, с чем ему придется сталкиваться ежедневно. Это безумно сложная работа. Но сложная, скорее, с точки зрения запредельного уровня ответственности за судьбы. А психика вполне нормально сохраняется. Как и вера в людей, кстати.
Следователь в работе никогда не должен опускаться до ненависти к человеку. Человек, сидящий за столом напротив тебя при допросе – такой же человек. А то, что он виноват, еще нужно доказать. Уголовное дело – это всегда спор между стороной обвинения и стороной защиты, а уже суд решает, собрал следователь на предварительном следствии достаточно доказательств для того, чтобы привлечь лицо к ответственности или нет, виновно это лицо и заслуживает наказание.
– Какими качествами нужно обладать, чтобы попасть к Вам в отдел?
– Отдел комплектуется руководством следственного управления с учетом профессиональных и деловых качеств сотрудника, отношения к работе, в том числе умения расследовать дела различных категорий.
Что касается личных качеств. Я считаю, должна быть предрасположенность у человека к исследованию, заинтересованность в исходе, хорошая память, коммуникабельность, дипломатичность в общении, понимание, где можно улыбнуться, где быть серьезным, где поюлить, где надавить и так далее. Все это, естественно, не преступая никакие нормы морали и тем более Закона.
Но самое главное – у человека должно быть желание работать здесь, желание видеть и хотеть получить результат своей работы. Вот приходит молодой следователь, и по нему сразу это видно, он так увлечен работой, не смотрит на часы. У меня первые три-четыре года не было выходных, я практически все время находился на работе и получал от этого удовольствие, видел итог своей работы.
– К чему еще нужно быть готовым тому, кто решит стать следователем?
– К выездам на осмотры мест происшествия в любое время суток и в любую погоду, а также в любое место, невозможности своевременного ухода с работы в конце рабочего дня, несмотря на наличие семьи и близких, так как есть работа и ее необходимо делать, постоянно текущим срокам, а по молодости – к ожиданию выездов на место происшествия (ранее их было значительно больше, чем сейчас).
… А в целом – к достаточно тяжелой и сложной работе. Но она того стоит.
– А почему она того стоит?
– Потому что это дело, которое ты любишь. Если человек любит свою профессию, то какой бы она ни была трудной, он будет получать удовольствие от того, что занимается любимым делом.
А еще мне очень нравятся профессии, в которых видишь итог своего труда. Приговоры, которые состоялись по делам отдела, и люди, которые преступили закон и понесли наказание – это и есть справедливость по Закону. Человек, преступив уголовный закон, не должен оставаться безнаказанным.
И вот когда, несмотря на все сложности, итогом твоей работы становится справедливый приговор, вступивший в силу, понимаешь, что не зря делаешь свое дело. Есть такое у следователей выражение – «приговором удовлетворен». Вот это главный итог работы следователя, когда он удовлетворен приговором.
– Вы лично не формируете состав отдела, и все-таки, если бы была возможность, кого бы Вы никогда не взяли к себе в отдел?
– Человек, который поступает в отдел, приходит уже с определенным опытом, багажом знаний после расследования ряда уголовных дел разной специфики: это и убийства, и должностные преступления, и сложные коррупционные дела, и преступления против половой неприкосновенности, и незаконное распространение наркотиков, и «бандитские» какие-то статьи. То есть у него опыт наработан огромный, что и дает ему возможность работать хорошо и качественно.
А вообще, я с любым человеком могу сработаться, если это профессионал своего дела, уважительно относящийся к следствию, расследованию дел, думающий, прежде всего, об уголовных делах, о судьбах пострадавших, об итогах расследования, постановленных приговорах, а не о своей зарплате, привилегиях, санаториях, жилищных условиях, что, как правило, «очень мешает» расследованию дел.
– Есть ли у Вас любимый фильм и/или книга, рассказывающие о расследовании преступлений? Или тот, который наиболее правдиво рассказывает о работе следователя, показывает, как расследуются дела?
– Что касается именно работы следователя, то таких фильмов или книг не существует. Даже в фильме, где о нашей работе говорится в самом названии – «Профессия – следователь» (12+) с Георгием Бурковым, в великолепном фильме «Противостояние» (18+) с Олегом Басилашвили либо в современных сериалах типа «Тайны следствия» (16+) не показана работа именно следователя.
В этих фильмах показана работа оперативного сотрудника, который все время что-то осматривает и кого-то допрашивает без составления процессуальных документов, беседует с кем-то, куда-то все время ходит, бегает, в засаде сидит, задерживает, стреляет постоянно, надевает на руки наручники и так далее… Потому что, если показывать правду о нашей работе – будет неимоверная тягомотина, которую никто не будет смотреть.
Очень сложно это показать, так как это ежедневная работа с большим количеством уголовных дел, это многочасовые допросы, это размышления о том, как правильно допросить, выработка, в том числе совместная, тактики допросов ключевых лиц, назначение экспертиз, проведение осмотров документов, ознакомление с материалами дела обвиняемого и его защитника.
Поэтому в фильмах и книгах и нет того, что происходит на самом деле. Тот человек, который видел и знает работу следователя, понимает, что это не имеет никакого отношения к тому, что показывают на экранах.
Но это не мешает мне любить, например, то же «Противостояние», еще из любимых могу назвать «Место встречи изменить нельзя» (12+), тоже всегда его с удовольствием смотрю. Есть много хороших «криминальных» фильмов, которые с удовольствием смотрю и даже по нескольку раз.
– А что касается литературных произведений? Артур Конан Дойл, Агата Кристи?
– Я с детства очень много читал. Люблю приключенческую литературу: Марка Твена, Жюля Верна, Дюма, Фенимора Купера, Стивенсона…
Что касается именно расследования преступлений, то это, конечно же, Артур Конан Дойл и его Шерлок Холмс (12+). Читать начал рассказы о сыщике лет с шести, наверное. Других сыщиков не скажу, вот Пуаро Агаты Кристи не зашел. Хотя, несмотря на то, что ее книги мне не идут, фильмы «Убийство в восточном экспрессе» (16+), как недавно снятый, так и фильм 1974 года великолепны. Замечательна и наша экранизация С. Говорухина «Десять негритят» (12+).
– 15 января – День образования Следственного комитета Российской Федерации. Что бы Вы хотели пожелать коллегам?
– Хотел поздравить всех следователей и коллег, ветеранов следствия с профессиональным праздником и пожелать здоровья, терпения, уверенности, чтобы на работе все было хорошо и стабильно, никогда не падать духом, беречь свои семьи.
Семья – самое ценное, что есть у человека. Если ты знаешь, что дома тебя ждут в любом расположении духа, уставшим и во всем поддержат, то, что бы ни происходило вокруг, справиться с этим гораздо легче. Мне, например, повезло, у меня такая семья есть, есть близкий и любимый человек – моя жена, есть взрослая дочь. Цените и берегите своих близких.